Каждые пять секунд в мире умирает от голода ребенок младше пяти лет.

Непроизнесенная речь Жана Циглера. Восстание совести.

Швейцарский социолог и критик глобализации Жан Циглер должен был произнести речь в честь начала Зальцбургского фестиваля. Однако вскоре после получения приглашения он получил отказ, якобы в связи с его тесной связью с Муаммаром Аль-Каддафи.

Таким образом, речь не была произнесена. Жан Циглер предполагает что за отказом стоят спонсоры фестиваля, такие, как Nestle и Crédit Suisse.

 Вот не произнесенная речь Жана Циглера.

 —————-

 Многоуважаемые дамы и господа,

Каждые пять секунд в мире умирает от голода ребенок младше пяти лет. 37 000 людей умирают от голода ежедневно, и около миллиарда постоянно страдают от тяжелого недоедания. Тот же самый доклад ФАО (организация ООН по продовольствию и сельскому хозяйству), которые ежегодно сообщает об этой численности жертв, утверждает, что мировое сельское хозяйство в сегодняшней стадии развития способно без проблем прокормить в два раза большее мировое население, чем то, что мы имеем сейчас.

Вывод: в мире нет объективного недостатка в пище, то есть люди не обречены фатально на ежедневную массовую голодную смерть, которая в реальности постоянно происходит. Смерть ребенка от голода – это убийство. Умирают повсюду одинаково. В сомалийских ли лагерях беженцев, в нищих кварталах Карачи или в трущобах Дакки, смерть приходит всегда одинаковым образом. У детей при недоедании уже через несколько дней наступают необратимые изменения организма.

Организм сначала использует резервы углеводов, затем жировые. Дети впадают в летаргию и все больше худеют. Иммунная система перестает работать. Поносы ускоряют истощение. Из-за паразитов полости рта и инфекций верхних дыхательных путей голодающий испытывает страшные боли. Затем начинается распад мышц. Дети не могут больше держаться на ногах. Их руки бессильно висят вдоль туловища. Их лица напоминают старческие. Затем наступает смерть.

Однако обстоятельства, которые ведут к этой многотысячной агонии, весьма разнообразны и часто сложны. Вот пример: трагедия, которая сейчас (в июне 2011) разыгрывается в восточной Африке. В саваннах, пустынях, горах Эфиопии, Джибути, Сомали и Тарканы (Северная Кения) 12 миллионов человек спасаются бегством. Уже 5 лет здесь не было достаточных урожаев.

 Земля здесь твердая как бетон. Рядом с пересохшими источниками воды лежат погибшие от жажды зебу, козы, ослы и верблюды. Женщины, дети, мужчины, те, кто еще не потерял силы окончательно, бредут к одному из лагерей, созданных комиссариатом ООН для беженцев и изгнанных.

 К примеру, они приходят в Дадаад, на территории Кении. Туда в течение трех месяцев пытаются попасть более 400 000 голодных беженцев. Большинство из них приходят из соседней южной Сомали, где беснуется страшная исламская милиция, связанная с Аль-Каидой. Начиная с июня ежедневно около 1500 новоприбывших возникают из утреннего тумана. А места в лагере давно уже нет.

 Ворота в заборе, опутанном колючей проволокой, закрыты. Перед воротами служащие ООН проводят селекцию: внутрь входят лишь немногие – те, у кого есть шанс на выживание. На внутривенное спецпитание, которым за 12 дней можно спасти маленького ребенка, если его организм еще не слишком поврежден – нет денег.

 Денег нет! Мировая продовольственная программа, которая должна была бы служить средством экстренной гуманатарной помощи, 1 июля потребовала на этот месяц от государств-участников дополнительного вложения в 180 миллионов евро. Получено было только 62 миллиона. Нормальный бюджет WPF (World-Food-Programm) в 2008 году составлял 6 миллиардов долларов. В 2011 году этот бюджет – всего 2,8 миллиарда. Почему так?

 Потому что богатые страны – в особенности, страны Евросоюза, США, Канада и Австралия – должны были заплатить тысячи миллиардов евро и долларов их собственным банковским игрокам: чтобы восстановить кредиты на спасение бандитов-спекулянтов. Для гуманитарной экстренной помощи (и для постоянной помощи в развитии) не осталось и не остается практически никаких средств.

В связи с катастрофой на финансовых рынках, хедж-фонды и другие крупные спекулянты перешли на биржи сельскохозяйственного сырья (Chicago Commodity Stock Exchange и другие)

 С помощью трюков биржевой игры они взвинтили цены на основные продукты питания до астрономических высей. Тонна зерна сегодня стоит на мировом рынке 270 евро. Год тому назад ее цена составляла половину этой суммы. Цена риса выросла на 110 процентов. Кукурузы – на 63 процента.

.Что происходит в итоге? Ни Эфиопия, ни Сомали, Джибути или Кения не могли создать достаточный запас продуктов – хотя катастрофу можно было предвидеть уже 5 лет назад.

 К этому добавляется то, что страны Африканского Рога задавлены иностранным долгом. У них нет денег на вложения в инфраструктуру. В Африке южнее Сахары только 3,8 процента плодородной земли подвергаются искусственному орошению. Еще меньше это число в Волло, Тиграе и Шоа на Эфиопском плоскогорье, в Северной Кении и Сомали. Засуха убивает без помех. В этот раз умрут многие десятки тысяч.

 Многие из богатых и благополучных людей, крупных банкиров и повелителей концернов этого мира собираются в Зальцбурге. Они – причина, и они – господа этого каннибалистического мирового порядка.

 О чем я мечтаю? Музыка, театр, поэзия – словом, искусство – переносят людей в другое измерение, по ту сторону их повседневного бытия. Искусство владеет оружием, которого нет у аналитического разума: оно встряхивает слушателя, зрителя, потрясает его душу, проникает сквозь мощнейшие бетонные стены эгоизма, отчуждения и отдаления. Оно метит и попадает в самое сокровенное в человеке, будит в нем незнакомые доселе эмоции. И внезапно защитная стена самодовольства ломается. Неолиберальная жажда прибыли распадается в пепел и пыль.

 И в сознание проникает реальность, проникают умирающие дети.

 В Зальцбурге могло бы случиться чудо: пробуждение господ этого мира. Восстание совести! Но будьте спокойны, это чудо в Зальцбурге не случится.

 Я пробуждаюсь. Моя мечта невероятно далека от реальности! Капитал всегда и во все времена сильнее, чем искусство. Ноам Хомский называет концерны «бессмертными гигантами». В прошлом году – согласно мировой банковской статистике – 500 самых крупных частных концернов, если взять все сектора, контролировали 52,8% всего мирового брутто-продукта, то есть богатств, создаваемых за год во всем мире. Их стратегия – полностью отвязанная, социально неконтролируемая максимизация прибыли.

 Безразлично, что за человек стоит во главе концерна. Речь не идет о его эмоциях, его знаниях, его чувствах. Речь идет о структурном насилии капитала. Если он не продуцирует это насилие, он будет изгнан из правления. Даже Бетховен и Хоффманшталь бессильны против железного закона аккумуляции капитала. Теофил Готье написал «искусство ради искусства» в середине 19го столетия.

 Идея автономного, освобожденного от социальной реальности искусства, защищает могущественных от их собственных эмоций и возможно, угрожающего им изменения чувств. Вся надежда – в борьбе народов южного полушария, от Египта и Сирии до Боливии, и в терпеливом, тщательном создании радикальной оппозиции в западных господствующих странах.

 Словом: в активной, неустанной, солидарной, демократической организации революционного ответного насилия.

 Жизнь перед смертью существует! Придет день, когда люди будут жить вместе в мире, справедливости, разуме и свободе, освобожденные от страха перед материальной нищетой.

Мамаша Кураж, из одноименной драмы Бертольда Брехта, так объясняет эту надежду своим детям:

 (речь идет о дополнительной, добавленной позже строфе, перевод мой – прим.пер):

 «Не так далек тот день, когда страница перевернется для нас. Тогда мы, народ, закончим большую войну больших господ. Новый мир выбросит всех торговцев и их слуг, с их танцем войны и смерти. Этот день придет, но когда он придет – зависит от меня и от тебя; тот, кто не идет еще с нами – пусть поторопится».

 

jenna_kristiana

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *